Почему республиканцы проиграли выборы в США и что это поражение значит для Трампа? Текстовая версия подкаста «Что это было» с американисткой Александрой Филиппенко

Демократы одержали уверенную победу на промежуточных выборах в США и получили контроль над обеими палатами американского парламента. Почему республиканцы потеряли так много мест в Конгрессе и как это скажется на Трампе?

Ведущий подкаста Русской службы Би-би-си «Что это было» Сева Бойко обсудил эти и другие вопросы с журналисткой, американисткой, автором телеграм-канала Elections 2026 Александрой Филиппенко.

Би-би-си:Александра, расскажите, пожалуйста, кто обеспечил успех демократам и где?

Александра Филиппенко: Конечно же, как всегда, экономика — номер один. Экономика это самый главный вопрос, который американцев интересует и американцев волнует. На первом месте он был в опросах всех социологических центров, и в том числе Pew Research Center — это один из главных социологических центров в США. Там очень четко совершенно американцы отвечали на вопрос «что вам важно при голосовании за того или иного кандидата?» Да, экономика на первом месте, номер один, всегда и как всегда.

Дальше — будущее демократии. Вот это уже очень интересно. Что такое будущее демократии? Значит, это вопросы, связанные в том числе потенциально с коррупцией, потенциально связанные с какими-то сделками. Дальше — здравоохранение, образование и иммиграция. И по первым двум пунктам мы точно можем говорить, что это голосование против Дональда Трампа.

В первую очередь мы сейчас наблюдаем проигрыш Республиканской партии Трампа. Победа ли это демократов? Победа ли это такая, которая сможет обеспечить демократам действительно и 2028-й год, и какое-то укрепление их партии в глазах американцев? Это нам еще предстоит увидеть, и увидим это в 2027 году. На данный момент можно констатировать, что это, конечно, разгром МАГА-трампизма в том виде, в котором он сейчас есть. И, конечно, обеспечили победу демократам именно республиканцы. И тот выбор, который сделал Дональд Трамп — если посмотреть на праймериз Республиканской партии, он очень часто поддерживал не классических республиканцев, а именно МАГА-трампистов — и это во многом обеспечило победу демократов.

Конечно, хочется присоединиться ко всем, кто радуется победе Демократической партии. Но давайте помнить опрос, который был проведен накануне выборов по отношению американцев к разным партиям. Только 29% американцев положительно относятся к Демократической партии, 38% положительно относятся к Республиканской партии. Это нам говорит, что нынешние выборы это, конечно, как принято говорить, «референдум по Трампу». И, как всегда, президентская партия особенно вторые, промежуточные выборы проигрывает.

Как «республиканские» штаты голосовали за демократов

Би-би-си:Давайте немного пройдемся по географии и по персоналиям. На этих промежуточных выборах в Конгресс произошли события, которых мало кто, наверное, мог ожидать еще пару лет назад. Техас, Канзас, Джорджия — штаты, где давным-давно не было представителей от демократов, но вот теперь они будут. А на какие географические названия нужно обратить внимание нашим зрителям? И, соответственно, кто лицо этой победы демократов? Со всеми оговорками, которые вы сделали выше.

А.Ф.: Конечно, самые интересные два пункта для меня — это Техас и Мичиган — республиканские штаты. Техас — это штат республиканский, в котором с 1988 года не выбирали сенатором демократа. 38-летний перерыв главенства Республиканской партии прервал Джеймс Таларико, кандидат от демократов. Он одержал победу над Кеном Пакстоном. И вот это как раз один из примеров, когда Дональд Трамп поддерживал кандидата не классического республиканца, а МАГА-трамписта, хотя многие республиканцы выступали против этого во время праймериз, и проиграл. Техас — республиканский штат, южный штат, Lone Star State, который ассоциируется в том числе с Республиканской партией. Но вот сейчас это штат, который проголосовал за Джеймса Таларико.

Сыграл ли в этом какую-то роль, может быть, Мэттью Макконахи, уроженец Техаса? Мэттью Макконахи призывал голосовать независимо от каких-то исторических, партийных идей. И даже если ваши родители, если даже вы голосовали за Республиканскую партию годами, мол, голосуйте как независимый избиратель, обязательно голосуйте. Ну, это, конечно, отдельный разговор, может быть, и не очень серьезная здесь роль шоу-бизнеса, скажем так, но все-таки стоит обратить на это тоже внимание.

Ну и Мичиган, конечно. Абдул Эль-Сайед, левый демократ, которого Дональд Трамп называет социалистом и вообще опасностью для американского государства и вообще сторонником террористической организации «Братья-мусульмане» и так далее. Конечно, Абдул Эль-Сайед это все отрицает, но вот это левое крыло Демократической партии тоже одержало важную победу. На эти два пункта я бы обратила внимание как на очень серьезные.

Но есть еще очень много интересного. Просто само по себе потрясающе — Канзас. С чем у нас ассоциируется Канзас? Конечно, «Волшебник из страны Оз». Конечно. Вот он, Канзас, вот что это такое! Тут что-то невероятное: с 1932 года Канзас не выбирал демократов в Сенат. А вот, пожалуйста, такой глубоко республиканский штат голосует за демократа. Конечно, особый очень кандидат там — это пастор Адам Гамильтон. И он был республиканцем до этого, известно, что он голосовал за Республиканскую партию, сам представлялся республиканцем. То есть это очень консервативный демократ. Но тем не менее все равно это совершенно потрясающий результат для Демократической партии.

Би-би-си:Я сегодня утром читал рассылку газеты New York Times, и там обращали внимание на то, что многие представители меньшинств впервые теперь станут высокопоставленными чиновниками или депутатами. Можете немного рассказать об этом тоже?

А.Ф.: Нам еще предстоит увидеть финальные результаты, но потрясающе заметен переход латиноамериканских избирателей обратно к демократам. Латиноамериканские избиратели поддерживали Республиканскую партию, поддерживали Дональда Трампа. Но вот первая женщина, губернатор латиноамериканского происхождения — в Техасе, первый губернатор латиноамериканского происхождения — в Калифорнии. Первая женщина, губернатор из числа коренных американцев — в Нью-Мексико. Это очень и очень важные показатели. Ну и вообще, конечно, всякие тонкости, всякие особенности мы еще увидим в самое ближайшее время.

Но мы видим, как действительно латиноамериканские избиратели повлияли, и очень серьезно повлияли. То есть стали теми самыми колеблющимися избирателями, которые привели сейчас к победе Демократическую партию. И связано это, конечно, в первую очередь с ICE (U.S. Immigration and Customs Enforcement), с действиями миграционной службы. Это связано и с тем, что недовольство большое и разочарование латиноамериканского комьюнити в связи с непроведением иммиграционной реформы Дональдом Трампом, как он этого обещал.

И, конечно, я бы обратила внимание на отдельные округа во Флориде, где политики, республиканцы кубинского происхождения проигрывают или еле-еле удерживаются, с большим трудом удерживаются в тех округах, где Дональд Трамп победил с перевесом 12 процентных пунктов, где-то 15 процентных пунктов. Так, в округе Дорал во Флориде проигрывает классический республиканец кубинского происхождения той демократке, которую называли демократическим социалистом. Там, где кубинцы голосуют, социалисты [обычно] не побеждают. Так что еще раз, это проигрыш МАГА-трампизма. Это очень важно понимать. Избиратели отправляют очень четкий сигнал, что это проигрыш именно этого направления МАГА-трампизма Дональда Трампа. Интересно, конечно, что с этим будет делать Республиканская партия.

«Расследование, расследование, расследование». О плане демократов

Би-би-си: Вы сказали о том, что главная причина успеха демократов — это провал конкретной разновидности республиканской идеологии. Но что предлагают демократы и какой у них теперь план, когда у них будет большинство и в Конгрессе, и в Сенате, в обеих палатах главного законодательного органа США?

А.Ф.: Расследование, расследование, расследование и еще раз расследование. Вот в первую очередь, что мы, конечно, наверняка увидим абсолютно точно и в Палате представителей, и в Сенате. Очень короткое сообщение отправил конгрессмен Роберт Гарсия. В своем [аккаунте в соцсети] X он написал: «обзавестись адвокатами». Точка. И закрепил это сообщение у себя в X. Это действительно очень важно. Он высокопоставленный член комитета Палаты представителей по надзору. И, вероятнее всего, он станет председателем комитета Палаты представителей по надзору. Вот что мы увидим: расследования, расследования и расследования. Возвращаясь к тем самым пунктам, которые я перечисляла: второе, что волнует избирателей, — будущее демократии.

Мы увидим слушания, требования предоставить документы, вызовы для дачи показаний. Все вопросы, которые связаны со злоупотреблениями, потенциальными злоупотреблениями, корпоративными злоупотреблениями, дело Эпштейна, криптовалютные проекты, вот что будет расследоваться в первую очередь. И это точно совершенно план демократов. Плюс, конечно, Хаким Джеффриc, который будет главой Палаты представителей, главой большинства демократического. Он обещает добиться восстановления истекших субсидий по медицинскому страхованию, которое мы знаем как Obamacare.

И нужно сказать, что вот тоже тут стоит обратить внимание на то, как Барак Обама представил Абдула Эль-Сайеда, выступая с ним в Мичигане, выступая с ним во время предвыборного митинга. И это очень важно. Это первый раз, когда демократический истеблишмент, такой старый, классический демократический истеблишмент сделал ставку на левое крыло Демократической партии. В этом есть и хитрость некоторая, потому что как Барак Обама представил Абдула Эль-Сайеда? Как продолжателя своего дела. Он представил Абдула Эль-Сайеда как новый этап Демократической партии. «Тот человек, который продолжит наше дело», — сказал Барак Обама. И Абдул Эль-Сайед с ним согласился. Он написал у себя в X, опубликовав потом видео с Бараком Обамой: «Он начал, а мы продолжим». Это все про здравоохранение. В чем же здесь хитрость, о которой я сказала? Это попытка прибрать к рукам, «обистеблишить», позвольте мне такое выражение, левое крыло Демократической партии, немножко отодвинуть их от Александрии Окасио-Кортес, Берни Сандерса, от вот этого крыла, немного приблизить к истеблишменту, к центру.

Поэтому заявленные законодательные цели — это медицина, это восстановление субсидий. Также Хаким Джеффриc говорил о расследовании бизнеса семьи Трампа, предполагаемый конфликт интересов и так далее. И все, что касается, конечно, бюджета, строгий контроль над бюджетом. Обе палаты получают возможность торговаться с Белым домом об условиях финансирования правительства. Это, конечно, очень важно.

Би-би-си:Как Трамп отреагировал на это поражение Республиканской партии и сработает ли его план, уже анонсированный, ветировать все неугодные ему законопроекты, которые будет рассматривать и одобрять Конгресс?

А.Ф.: Дональд Трамп признал результат. Дональд Трамп поздравил демократов — и одновременно он сказал о том, что у него есть право вето. Дональд Трамп очень осторожно себя повел. Сейчас в Белом доме запланирован весь день для президента, для встреч с советниками. Там они будут разрабатывать, как отвечать на эту сокрушительную победу демократов, и будут принимать решение, как действовать дальше.

Я хочу напомнить, что вообще-то мы еще два месяца будем жить со старым Конгрессом, с большинством республиканцев до 3 января. Все-таки сейчас вернутся конгрессмены в Вашингтон 9 ноября. Но это будет старый Конгресс с Майком Джонсоном во главе Палаты представителей, и он будет решать, что выдвигать на голосование, а что нет, как ограничивать Трампа, как нет. Так что окно возможностей сейчас есть, конечно, у Белого дома. Никогда не стоит исторические примеры экстраполировать на наше сегодняшнее положение.

Но тем не менее все-таки стоит вспомнить о том, что в 1998 году Клинтоном было принято решение о применении военной силы против Ирака в тот момент, когда Демократическая партия проиграла промежуточные выборы и рассматривалось уже дело о его импичменте, об импичменте Билла Клинтона. Так что да, есть разные исторические прецеденты в это время, как раз когда президент еще сохраняет свою партию в Конгрессе в том числе. Так что разные варианты развития событий могут быть. Это сейчас будут обсуждать в Белом доме.

Но пока на данный момент, на ту секунду, на котором мы с вами разговариваем, Дональд Трамп очень аккуратно ведет себя, очень аккуратно действует. Чтобы преодолеть вето при голосовании полной Палаты представителей, нужно 290 голосов конгрессменов. Чтобы преодолеть вето в Сенате, нужно 67 голосов сенаторов. Такого большинства не будет. То есть мы не видим такого перехода, как после Уотергейта, после Уотергейта была возможность у Демократической партии преодолевать вето голосованием строго по партийной линии. Сейчас все-таки такого не будет. Но тем не менее велики шансы преодолевать вето.

Если Республиканская партия хочет восстановиться, если Республиканская партия хочет снова напомнить о том, что это необязательно партия Дональда Трампа, то тогда им нужно будет в том числе переходить на сторону демократов, иногда и преодолевать вето Дональда Трампа, если он будет накладывать это вето.

Я бы обратила внимание на сенатора Джона Кертиса, который обратился к республиканцам, и он выражает мнение очень многих республиканцев против Трампа, которые есть в Сенате, в том числе и в Палате представителей, конечно, а уж вне Конгресса — тем более. Он написал у себя в X: «Пришло время республиканцам вернуться к принципиальным, консервативным ценностям, которые когда-то определяли нас и от которых мы постепенно отходили на протяжении последнего десятилетия». Последнее 10-летие — это, конечно, с 2016 года, это, конечно же, трампизм. Вот к чему сейчас призывают некоторые республиканцы. Так что да, преодоление президентского вето вполне возможно, но и всяческие импичменты тоже вполне возможны.

Грозит ли Трампу импичмент?

Би-би-си:Как раз об этом хотел спросить. Грозит ли Трампу импичмент, учитывая всю эту запутанную ситуацию в Конгрессе, которую вы только что описали?

А.Ф.: С одной стороны, можно говорить о том, что ровно для того, чтобы отряхнуться от наследия Трампа, действительно нужно провести импичмент и таким образом восстановить Республиканскую партию. Таким образом сделать все шаги для того, чтобы Республиканская партия обрела силу снова. И, может быть, этот импичмент даже нужно проводить под руководством республиканцев.

Но при этом мы понимаем, что, конечно, демократ волшебным образом не возникнет. Тогда в Белом доме будет Джей Ди Вэнс, он займет место Дональда Трампа, и тогда у президента Вэнса будут все возможности объяснить, как виноват Дональд Трамп, как все было плохо у Дональда Трампа и как Джей Ди Вэнс был против войны с Ираном, а мы это знаем. Мы знаем, что Джей Ди Вэнс — один из очень немногих в администрации Дональда Трампа, кто был против этой операции «Эпическая ярость». И что же тогда получается? Демократы подарят Джей Ди Вэнсу такую замечательную возможность: во-первых, стать президентом и таким образом получить весь доступ ко всем ресурсам — информационным в первую очередь — и возможность объяснять и винить Дональда Трампа во всем. Не уверена, что демократы на это пойдут.

И второй момент. Снова возвращаюсь к началу нашего с вами разговора, к тем самым интересам — что американцев интересует экономика, будущее демократии, иммиграционная политика, здравоохранение. А вопрос импичмента Трампа — это не экономический вопрос, не вопрос про будущее демократии. Тратить время, тратить силы, тратить деньги, в конце концов, на импичмент вместо того, чтобы заниматься экономикой? Поддержат ли это решение демократов демократические же избиратели? Поддержат ли те самые колеблющиеся избиратели-латиноамериканцы? Это решение Демократической партии: нужно ли тратить на это силы и время, если есть шанс, что все-таки, может быть, и не проголосуют в Сенате? Объявить импичмент дело нехитрое. Объявить импичмент это хоть 3 января — пожалуйста. А, это воскресенье. Хорошо, в понедельник, 4 января — пожалуйста. В Палате представителей — легко, абсолютно проблем никаких нет. В Палате представителей нужно простое большинство — 218 голосов. А вот провести импичмент и 67 голосов набрать в Сенате — вот тут большой вопрос, смогут ли провести его. А потратят на это много сил и много времени. Так что по поводу импичмента Трампа я сомневаюсь, а вот [импичмент] Пита Хегсета — очень даже может быть.

Би-би-си:Ну, давайте тогда коротко напомним нашим слушателям, кто такой Пит Хегсет. И самое главное, в чем его обвиняют по результатам утечек, которые в последнее время попали в американские СМИ.

А.Ф.: И не только утечек. Том Тиллис, сенатор, который, кстати, уходит из Сената, потому что Дональд Трамп поддержал не его, а его оппонента — МАГА-трамписта, и место проиграно... Том Тиллис уже предлагал за импичмент для [министра обороны] Пита Хегсета, это для главы Пентагона. И первые пункты связаны с войной с Ираном. Первые пункты связаны с операцией «Эпическая ярость», которая, по мнению Тома Тиллиса и некоторых республиканцев, проводилась вразрез с американским законодательством и против решений Конгресса. Так что эти пункты связаны с войной с Ираном.

Вполне возможно, это все будет проведено и проведено через Палату представителей, через Сенат. Вот здесь, мне кажется, вполне возможно, найдутся голоса, и Дональд Трамп, вполне возможно, будет рад, чтобы демократы и все американцы выпустили пар таким образом. То есть не в связи с импичментом Дональда Трампа, а в связи с импичментом Пита Хегсета, потому что на него можно будет повесить всех собак, что называется, обвинить его в том, что идея войны с Ираном была верная, а вот исполнение было плохое. И, соответственно, таким образом как-то отвести от себя гром немножко. Поэтому я думаю, что здесь могут найтись голоса.

Конечно, это совершенно не значит, что будут приняты эти решения. Поэтому мы вступаем в такой немного тревожный период. Окно возможностей для нового раунда ударов по Ирану открывается именно сейчас и закрывается ровно 3 января, когда могут приступить к обсуждению импичмента Пита Хегсета.

Что поражение республиканцев означает для Украины и России

Би-би-си: Вы уже затронули тему внешней политики. И я видел мнение, что поскольку Конгресс с демократическим большинством теперь прежде всего будет сосредоточен на внутренней политике, сам Трамп будет все больше смотреть за границу США и заниматься внешней политикой. Согласны ли вы с этим мнением? И если да, то что это будет значить для России и Украины?

А.Ф.: С одной стороны, администрация Трампа и команда Трампа приедет на переговоры в Абу-Даби, если они произойдут действительно, в немного ослабленной форме. Потому что все расследования, про которые мы говорили, будут в первую очередь против Джареда Кушнера и Стива Уиткоффа — в связи с неисполнением закона Линдси Грэма, в связи со сделкой по дизелю с Россией. Вот о чем будут расследования. То есть будет снижена политическая сила тех людей, которые должны представлять США в Абу-Даби.

Но при этом Мелания Трамп буквально завтра собирается организовать встречу в Белом доме представителей Украины, представителей России для того, чтобы изучить возможность проведения таких же гуманитарных миссий наподобие Алешек. Она в первую очередь всех поздравит, конечно, но еще и будет обсуждение. Вот этот центр переговорной силы, возможно, перейдет как раз в Белый дом. И Дональду Трампу будет важно показать, что его семья занимается этим переговорным треком, его семья занимается этой гуманитарной миссией. Не какие-то дипломаты, но Джаред Кушнер — это тоже его семья. Но все-таки Стив Уиткофф был номер один в переговорном процессе. Так что это важный элемент. Возможно, наоборот, центр силы будет там, внимание будет там, я имею в виду в Белом доме, я имею в виду Меланию Трамп. И Дональду Трампу для его рейтинга и для того, чтобы немного себя обезопасить, было бы хорошо провести еще какую-то миссию наподобие Алешек, наподобие прекращения огня там. Так что фокус внимания на такие локальные вопросы прекращения огня, я думаю, будет сохраняться. По крайней мере, кажется, что политтехнологически это было бы для них хорошо.

Дальше следующий вопрос, против которого никто не будет возражать — это вопрос заключения нового договора СНВ. СНВ-4 какой-нибудь или как-то по-другому он будет называться — «Договор о стратегических наступательных вооружениях», но уже с Китаем. Дональд Трамп говорил про денуклеаризацию. Кто же против денуклеаризации? Кто же против контроля над ядерными вооружениями? Никто не против, кроме Китая. Китай совсем не хочет заниматься этим. Китай всегда категорически против любых переговоров по ядерному оружию, по ограничению себя по ядерному оружию. А при этом Китай еще пока не обгоняет США по количеству ядерных вооружений, но через пять лет догонит уж точно. Так что вполне возможно, какие-то переговоры связаны с президентским наследием Трампа такого рода. Ядерное оружие, денуклеаризация.

Вот это мы, вполне возможно, увидим. И фокус внимания очень даже может быть там — ровно для того, чтобы получить дополнительные политические очки и немного себя обезопасить.

Би-би-си:Тогда давайте подведем промежуточный итог. Получается, если я правильно понял ваши слова, что Трамп вряд ли помашет ручкой и улетит на вертолете с лужайки Белого дома, как это сделал Никсон. С одной стороны. Но с другой стороны, у него будут связаны руки, хотя бы отчасти, в том, что касается внутренней политики. Тогда что ждет его в этом самом Белом доме в ближайшие два года?

А.Ф.: Когда мы говорим про Трампа, я бы не стала ничего исключать, включая помахать ручкой с новой лужайки Белого дома, где Дональд Трамп установил новую специальную площадку для вертолета. Сейчас это все будет решаться. Возможно, Дональд Трамп развернется на 180 градусов, и мы подобное видели. Давайте вспомним, как Дональд Трамп общался с Зохраном Мамдани, как называл Мамдани, мэра Нью-Йорка, просто коммунистом, который ведет Нью-Йорк в пропасть. А в тот момент, когда они встречались в Белом доме, Дональд Трамп улыбался и с большим удовольствием жал руку Зохрану Мамдани. Так что такие развороты на 180 градусов вполне возможны. Ровно для того, чтобы обезопасить себя и своих родных от того, чтобы какие-то расследования его настигли. Вполне возможно, именно такая договоренность будет у Дональда Трампа с демократами. Вы меня и тех-то, и тех-то людей не расследуете, а я иду вам навстречу. И я не накладываю вето на ваши законопроекты и на ваши решения, и в том числе связанные со здравоохранением и Obamacare, и с тарифами, например, и не применяя больше тарифов. Очень может быть, что будет именно такая договоренность у Дональда Трампа.

Нас ждет в любом случае довольно-таки интересное время. И сейчас важный элемент для демократов будет не только победить сейчас, в тот момент, когда люди голосуют против Республиканской партии, а сохранить эту победу и что-то с ней сделать — действительно принять какое-то законодательство и действительно принять какие-то решения, в первую очередь в связи с экономикой. Здесь уже будет стоять вопрос о том, будет ли готова Республиканская партия полностью отвернуться от наследия Трампа и трампизма и, возможно, работать с демократами. Или же, наоборот, постарается всячески уменьшить влияние Демократической партии тем, что самостоятельно принимать какое-то законодательство и быть руководителями, лидерами, движущей силой тех законопроектов, которые волнуют американцев, а именно — здравоохранение, экономика и так далее. В то время как демократы погрязли в расследованиях и импичментах.

Би-би-си:Что итоги этих выборов означают для президентской кампании, которая ждет нас через два года?

А.Ф.: Она началась. Это первое. Конечно, очень интересно, что будет дальше. Мы увидим результаты из латиноамериканских голосов, и это будет, наверное, решающим для Марко Рубио — будет ли он принимать участие в выборах 2028 года. Возможно, не самое мудрое решение сейчас. Возможно, Марко Рубио будет выгодно отсидеться два года. Конечно, не отсидеться на посту госсекретаря. Вообще если мы будем отделять действия Дональда Трампа от действий Марко Рубио на посту госсекретаря, то мы увидим, что госсекретарь Марко Рубио очень и очень успешен, особенно в странах Латинской Америки. Так что вполне возможно, ему будет лучше всего дождаться и остаться госсекретарем до 2028 года и потом, четыре года подождав, выдвинуться на пост президента и попытаться баллотироваться на пост президента от Республиканской партии.

У Джэй Ди Вэнса нет такой возможности — как-то отсидеться, скажем так. Все-таки он больше связан с Дональдом Трампом, он больше связан с этой администрацией. И неизвестно, как он будет действовать сейчас. Но все равно пока на данный момент, на сегодня главными претендентами, кажется, остаются Джей Ди Вэнс и Марко Рубио. Есть и, конечно, другие, вне администрации Дональда Трампа, кто захотят попробовать. Именно республиканцы, которые не связаны сейчас с администрацией Дональда Трампа, самые неожиданные персонажи.

Би-би-си:А демократы?

А.Ф.: У демократов огромное поле, гигантское совершенно. Стоит посмотреть хотя бы на тех победителей, которых мы видим сейчас. Джон Оссофф в Джорджии — это, кажется, очевидный кандидат. Барак Обама приезжал его поддержать в Джорджию, хотя уже было понятно: у Джона Оссофа был отрыв в более чем 15 процентных пунктов. То есть, казалось бы, не нужно тратить время на то, чтобы приезжать в Джорджию и поддерживать Джона. Нет, Барак Обама это сделал — с замахом на 2028-й год, совершенно точно. Ну и, конечно, Джеймс Таларико, Техас, это консервативный демократ, то есть демократ из Техаса, тоже интересная очень фигура. Ну и, безусловно, мы, конечно, должны не забывать Гэвина Ньюсома — губернатора Калифорнии, он перестает быть сейчас губернатором Калифорнии, и как раз у него есть все время для того, чтобы заняться предвыборной кампанией. Джей Прицкер, губернатор Иллинойса — он изъявлял интерес, ну и многие многие другие. У демократов как раз набор огромный, огромное поле для того, чтобы подумать, кто будет кандидатом от Демократической партии.

Скачайте новое приложение BBC World Service!

При первом открытии приложения выберите «BBC News Русская служба» и получайте уведомления о важных новостях, аналитике, видео и подкастах.

Важно: новое приложение недоступно на территории Великобритании и США.