«Власти не нужно долго учить, нужно, чтобы шли работать». В России школьников вытесняют в колледжи, лишая шанса на высшее образование

Для российских школьников и их родителей переход из девятого класса в десятый превратился в квест: мест в старшей школе мало, а профильные классы не всем подходят. Государство подтолкивает школьников к получению рабочих профессий, в вузы попасть все сложнее, а юношей после техникумов поджидает армия.

«Осознание того, что можно пролететь, пришло только в конце мая, — говорит мама старшеклассника Кристина из Москвы. — Это неожиданно было очень».

Сын, который вместо десятого класса может оказаться в техникуме, — это для Кристины нонсенс. У нее все в семье с высшим образованием, а то и с несколькими, и сына, конечно, родные тоже настраивают поступать в вуз. Но в последние годы переход из девятого класса в старшую школу перестал быть автоматическим.

В конце девятого класса школьники сдают Основной госэкзамен (ОГЭ) — обычно по четырем предметам (русский, математика и два на выбор). Оценки за экзамен влияют на аттестат, а оценки аттестата важны и для поступления в колледж, и для попадания в десятый класс. Вот этот шаг и усложнился: в десятый класс стали отбирать по успеваемости, и иногда этот отбор не проходят даже твердые хорошисты.

Еще восемь лет назад, в 2018 году, по данным Высшей школы экономики, 52,7% выпускников основной школы шли в 10-й класс, а 42,7% — в колледжи. В 2020 году цифры сравнялись, а 2022-й стал переломным: среднее образование предпочли уже 50,4% детей, а 10-й класс — только 45,5%. С тех пор перевес в пользу колледжей только увеличивается.

Власти расхваливают среднее профессиональное образование и подчеркивают, каким оно становится популярным. Мэр Москвы Сергей Собянин на Петербургском международном экономическом форуме рассказал, что в Москве 75% вакансий — это вакансии рабочих. Москва в качестве эксперимента упростила поступление в колледжи и техникумы: теперь туда требуется всего два ОГЭ — русский и математика — вместо четырех. То есть те девятиклассники, кто уходит в колледжи, а не целится в 10-й класс, могут заметно упростить себе задачу.

Минтруд называет в числе самых востребованных профессии сварщиков, швей и механиков. Еще несколько лет назад «отмечался существенный перекос в сторону специальностей, не связанных с рабочими профессиями», заявил спикер Госдумы Вячеслав Володин, и на рынке было много невостребованных кадров. Но теперь молодежь стала чаще выбирать среднее профессиональное образование, радуется он.

Вот только в техникумы и колледжи дети идут не от хорошей жизни. Поступать в вузы стало сложнее: платные места сокращаются и дорожают, 10% бюджетных по квотам достаются ветеранам войны в Украине и их детям. В школе подростков активно мотивируют идти в колледжи и техникумы, а то и просто не берут в старшую школу. Это изменение застало многих детей и их родителей врасплох.

Независимый проект «Не норма», фиксирующий случаи пропаганды и индоктринации в российских школах, изучил по просьбе Би-би-си 70 миллионов постов с 30 тысяч страниц школ во «ВКонтакте». Исследователи подсчитали, что до 2023-24 учебного года упоминание колледжей и университетов в школьных пабликах было примерно одинаковое. В 2023-24 учебном году писать про колледжи стали чаще, и эта тенденция сохраняется.

Особое внимание они обратили на посты с агитацией поступления: в них упоминаются день открытых дверей, экскурсия, встреча или гость из учебного заведения. Таких постов что про вузы, что про среднее специальное образование ежегодно было примерно одинаковое количество. Но в 2026 году наметился перелом.

«Мы обнаружили массовую рекламу университета «Сириус» в апреле 2026 года — более 6000 постов. Если эти посты исключить из выборки постов с агитацией университетов, то можно сказать, что тенденция изменилась — в 2026 году постов с агитацией поступления в колледжи впервые стало больше, чем в университеты», — сказал Би-би-си глава проекта Дмитрий Цибирев.

Бег с пересдачами

Теперь дети ежегодно проходят квест «попади в старшую школу», причем правила этой игры им даже не объясняют заранее. «Когда ты уже все экзамены сдаешь, тебе говорят: а нужно было другой предмет выбрать профильный. Или: нужно было сдать профильный на пять, а у тебя четыре, — жалуется Кристина. — Когда ты прошел все этапы отбора, ты узнаешь, по каким правилам на самом деле надо было играть».

Сын Кристины выпускался из девятого класса год назад. В итоге он весь июнь и июль сидел за учебниками с репетиторами: готовился к пересдаче экзаменов, чтобы повысить средний балл аттестата. Именно эта цифра ключевая при переходе в десятый класс и при поступлении в колледжи. Но даже после пересдач средний балл получился 3,75. С таким баллом в десятый класс он не проходит, сказали Кристине в их прежней школе. Правда, четко проходной балл так и не назвали.

Не взять мальчика школа имела право: Минпросвещения разрешает школам устраивать отбор и вступительные испытания в десятый класс. С другой стороны, оно же и признает право детей на полное среднее образование. Если мест в школе нет, местные власти обязаны найти для ребенка место в другой доступной школе, объяснили в министерстве в ответ на возмущение родителей.

Свободное место для сына Кристины действительно нашлось в другой школе, по месту регистрации.

Кристина с сыном нацелены на поступление в РАНХиГС, президентскую академию народного хозяйства и госслужбы. Поначалу мать думала, что имеет смысл отправить ребенка сначала в колледж при вузе, чтобы дальше он поступил в саму академию. В колледже учат на логистов, банковских работников, тестировщиков ПО и еще на десять специальностей. «Но мне декан сказал: мы после колледжа, даже после своего, вряд ли сможем вас принять», — рассказала Кристина. На сайте академии, впрочем, сказано, что поступление на базе СПО (то есть среднего профессионального образования) возможно.

Теоретически попасть в вуз можно и отучившись предварительно в колледже, но на практике это сложнее, чем после 11-го класса. В прошлом году вступил в силу закон, согласно которому выпускникам колледжей можно поступать в вузы без сдачи ЕГЭ лишь на схожую специальность.

Всем остальным для поступления придется сдавать единый госэкзамен, к которому колледжи не готовят. Кроме того, у среднего профобразования есть значительный минус для мальчиков. Отсрочка от армии по закону работает только один раз: если после колледжа поступить в вуз, ничто уже не защищает от повестки, а срочников сейчас нередко уговаривают или заставляют подписать контракт, а дальше отправляют на фронт.

Десятиклассник Сергей (имя изменено) из республики Коми рассказал Би-би-си, что из его параллели только трое мальчиков не пошли в 10-й класс. Это при том, что из четырех девятых классов сформировали три десятых. Не попасть в армию — один из ключевых факторов выбора будущего, говорит 17-летний Сергей. Сам он мечтает поехать учиться за границу, в Европу, но если не получится, ищет вуз с военной кафедрой, чтобы избежать призыва.

«Ваш профиль не набрался»

На одной стороне этой проблемы — школьники и их родители, которые пытаются обеспечить ребенку образование и уберечь от армии. На другой — школы, которые тоже не по собственной инициативе сокращают места в старших классах.

С 2022 года по новым федеральным образовательным стандартам российские школы обязаны открывать 10-е и 11-е профильные классы с углубленным изучением каких-либо предметов. Для школ это дорого и сложно, а еще сложнее открыть много разных профилей и класс «универсального профиля» для тех, кто с направлением не определился. На все вместе зачастую просто не хватает учителей.

16-летний Иван из Подмосковья с детства интересовался историей. В его школе из восьми девятых классов сформировали всего три десятых, все — с углубленной математикой, а класс с упором на общественные науки «не набрался», сообщили им.

«Директор сказала, что профильную математику он не потянет, что некоторые такие дети вынуждены уйти после десятого, потому что не справляются, а некоторых не допускают в одиннадцатом до ЕГЭ. Сказали, что сложно учиться и „удержаться“», — рассказывает его мама Алина (имя изменено). Средний балл его аттестата — 4,3.

Для Алины все это стало неожиданностью. Она тоже жалуется на непрозрачность процедур: ни про какой отбор заранее не было известно. Сын учится в обычной школе одного из подмосковных городов, и она не предполагала, что в этой «средненькой» школе будет какая-то конкуренция при переходе в десятый класс. Но ругает Алина в основном себя: «Может быть, все дело в том, что это я такой плохой родитель. Я, например, не состою в [родительских] группах в „Максе“, а может, там была какая-то информация». Государственный мессенджер Алина не ставит себе на телефон принципиально.

В итоге Алина нашла для сына место в другой школе, в классе с гуманитарным профилем. Ивану придется каждое утро ехать туда сорок пять минут, но Алина смеется, что зато сын по дороге успеет проснуться и взбодриться.

Школы и педагоги в этой ситуации тоже страдают. Учительница Татьяна (имя изменено) из 600-тысячного города в европейской части России объясняет, что детей отсеивают не из вредности: «Если учесть, что в городских школах просто нет мест и возможностей для новых классов, не хватает кабинетов, не хватает учителей, то понятно, почему всех желающих школа взять не может и не хочет». Согласно прошлогоднему отчету Счетной палаты, больше половины российских школ оказались переполнены.

Школа заинтересована брать в 10-11-й классы тех детей, которые покажут хорошие результаты на ЕГЭ при поступлении в вузы, признает Татьяна. «Это оценка работы школы, администраций, от этого зависят премии и прочее. Поэтому школа бы очень не хотела брать слабых детей», — объясняет учительница Би-би-си.

Но по факту в десятые классы попадают все равно не самые нацеленные на учебу, а те, чьи родители умеют настаивать, имеют блат или могут дать взятку. «Отобрали профильные классы, а потом родители пошли топать ногой и говорить: «А мы в прокуратуру пойдем». И школа вынуждена брать детей, — описывает она типичную ситуацию в своей школе. — Получились раздутые классы: две трети детей сидят не готовые к профилю, а страдают те дети, которые хотят учиться. В итоге невозможно работать, невозможно дать нормальный уровень образования».

Собеседники жалуются и на коррупцию. «Есть школы, которые конкретно выставляют сумму: если ты не прописан здесь, то плати, — рассказывает Татьяна. — С точки зрения моей зарплаты это баснословные суммы, но кто-то может себе позволить».

Интересы школы и родителей в этом вопросе фактически противоположны. Учительница из Питера Диана Назирова пишет в своем телеграм-канале, что многие родители хотят оставить детей в старшей школе не потому, что нацелены на вуз, а потому, что не нацелены никуда: «А ведь многие родители даже не пытаются предположить, что их ребенок становится взрослым, и выбор, который придется совершить, требует вдумчивости. Вместо этого они предпочитают не делать никакого выбора, а называется это «пусть еще пару лет посидит в школе, там видно будет».

Алина признает: ни сын, ни она не знают, какую профессию ему выбрать. Винить за это 16-летнего ребенка она не готова, тем более в сегодняшней России. «Мы, взрослые люди, тоже не знаем, что делать. У меня горизонт планирования — пара недель. То есть я точно знаю, что будет хуже — это единственная мысль, в которой я уверена в своем будущем. Мы просто летим в бездну вместе со своими детьми. И я не знаю, что делать. У меня сейчас стратегия просто тянуть время, больше ничего», — жалуется она.

Учительница Татьяна тоже замечает, что многие дети в 15-16 лет еще не могут выбрать профессию. При этом профильные классы требуют от их определиться с направлением. «Конечно, слишком много детей не готовы, — подтверждает она. — Они мечутся между классами, они не представляют себе, что их ожидает, они не знают, куда будут потом поступать, поступают туда, где возьмут, куда удастся залезть. Потому что бюджетных мест очень мало, конкуренция в вузах очень высокая, и даже платные места сокращаются».

«Мне что, в армию идти?»

Учительница уверена, что в корне проблемы — война. Именно поэтому государство и взяло вектор на рабочие профессии. «Власти не нужно долго учить, нужно, чтобы шли работать, чтобы бюджет сокращался максимально, — рассуждает она. — Сегодня такая обстановка, что тратиться на образование и на любую социалку не в приоритете».

Рабочие профессии на самом деле востребованы и могут хорошо оплачиваться, а идти в вуз с целью «залезть в начальники» не создает хорошую атмосферу в обществе, продолжает учительница. «Оно было бы оправдано, если бы не было вызвано войной. Пусть бы людей приучали к тому, что липовое образование никому не нужно, и колледжи финансировались бы, и база бы была хорошая в колледжах», — рисует Татьяна идеальную картину. Но колледжам точно так же, как школам, не хватает финансирования, заключает она.

И вдобавок над подрастающими мальчиками висит угроза армии. Татьяна понимает, что сегодняшний ажиотаж вокруг старших классов тоже во многом спровоцирован войной: «Юноши боятся попасть в армию и хотят задержаться как можно дольше в образовании. Когда мы говорим с детьми, что вам не надо бы в 10-й класс, потому что не потянете ЕГЭ, они все хором говорят: мне что, в армию идти?»

О качестве образования в современной школе говорит хотя бы то, что ОГЭ — выпускные экзамены за девятый класс — списывают массово. Ответы на тесты утекают в интернет каждый год, и это известный факт.

Десятиклассник Сергей рассказывает из своего прошлогоднего опыта: «Существует даже схема: все ученики класса скидываются и покупают ответы. Примерно за один-два дня [до экзамена] мы получаем и печатаем их».

«Родители говорят: посмотрите, у нас результаты экзаменов замечательные, — жалуется учительница Татьяна. — Но ОГЭ — это вообще не показатель. Дети списывают поголовно, он не отражает уровень знаний вообще. И у меня получилось в классе так, что дети, которые честно сдавали экзамены, которые не умеют списывать, у которых совесть есть, у них результаты хуже получились, и их отсеяли из школы».

Такой первый опыт экзаменов не идет на пользу детям, особенно тем, кто и так не очень мотивирован на учебу. Учительница Диана Назирова в своем телеграм-канале добавляет: «Очень многие подростки на сегодня настолько привыкли, что плавной волной, смывающей двойки и необученность, их переносит из года в год, что даже мысли не допускают, что в 10 классе будет не так. Более того, ощутив легкость списывания на ОГЭ, в то время как учителя их заставляли учить и готовиться, многие школьники сформировали чувство, что их обманывали и ЕГЭ они сдадут так же легко».

Есть ли альтернатива?

Некоторые родители забирают детей из школ на семейное образование. Федор (имя изменено) из одного из городов на юго-востоке России так сделал с обоими сыновьями. В 2022 году его начали раздражать «Разговоры о важном» и прочие идеологические нововведения. Повеяло советской школой, в которой сам Федор успел поучиться в конце 80-х.

«И ладно бы это было действительно образование, были бы люди, которые зажигательно преподают, стараются. Но я так понимаю, там у преподавателей не сильно высокая зарплата. Молодых учителей не могут найти, все молодые преподаватели тут же уходят в репетиторы и с обоюдным удовольствием зарабатывают те же деньги и гораздо больше», — рассказывает он.

Нет никакого резона ходить в школу, кроме того, что она бесплатная, сделал вывод Федор — и с осени 2022 года забрал сыновей домой.

Они поступили в частную онлайн-школу. Дети занимаются дома, жена Федора не работает, так что может контролировать процесс. Деньги на такое образование нужны, согласен Федор: платят они и за школу, и за репетиторов по предметам, которые нужны для сдачи ЕГЭ. Но репетиторов часто берут и многим школьникам, которые просиживают в школе по шесть уроков, аргументирует он. К тому же оба сына выбрали себе творческие профессии, а это требует дополнительных занятий: «Если ты, допустим, собираешься поступать в художественный вуз, тебе, помимо ЕГЭ, нужно сдать творческий экзамен: рисунок, живопись, композицию. Нужно дополнительно заниматься ими, хотя бы по паре раз каждого предмета в неделю. Ну и прикиньте, сколько это по времени получается». При обучении в обычной школе у его детей просто не хватило бы на это времени, уверен Федор.

С переходом в десятый класс в частной школе тоже проблем нет. Единственный минус — при семейной форме обучение исчезает отсрочка от армии. Но если мальчик успеет поступить в вуз до того, как ему исполнится 18 лет, то этот риск роли не играет.

Среди минусов семейного образования часто называют отсутствие оборудования: дома полноценный класс физики не построишь и химический эксперимент вряд ли проведешь. А еще социализацию ребенка: уметь общаться со сверстниками и существовать в коллективе — важная часть развития, и если дети ее лишены, в будущем это может мешать и в карьере, и в личной жизни. Ну и, конечно, дома именно на родителей ложится ответственность: они должны контролировать учебный процесс и следить, чтобы ребенок не остался без знаний вовсе.

Редактор Ольга Шамина